Новый биомаркер проливает свет на механизмы идиопатической гиперкальциурии и нефролитиаза: роль соотношения метаболитов витамина D (VMDR)

Крупное исследование выявило значимую связь между активностью фермента CYP24A1, инактивирующего витамин D, и ключевыми клиническими признаками идиопатической гиперкальциурии – частой, но плохо изученной причины образования кальциевых камней в почках и снижения костной массы.

В рамках исследования, включавшем в себя 974 пациента из двух проспективных когорт, ученые провели комплексный анализ минерального обмена. Активность CYP24A1 оценивали с помощью диагностического соотношения метаболитов витамина D (Vitamin D Metabolite Diagnostic Ratio, VMDR), рассчитываемого как 25(OH)D3 / 24,25(OH)2D. Более высокий показатель VMDR отражает более низкую активность фермента.

Показатели кальциевого обмена

Гиперкальциурия: повышенный VMDR (сниженная активность CYP24A1) был достоверно ассоциирован с повышением как абсолютной экскреции кальция с мочой (ммоль/24ч), так и фракционной экскреции кальция (%).

Кальций в крови: обнаружена положительная связь VMDR с уровнями общего и, что особенно важно, ионизированного кальция в плазме. Это указывает на системное влияние сниженной инактивации витамина D.

Фосфаты и ПТГ: примечательно, что значимой ассоциации между VMDR и уровнями фосфата или интактного паратиреоидного гормона (ПТГ) в плазме выявлено не было.

Метаболиты витамина D и регуляторные гормоны

1,25(OH)2D3: в основной модели корреляции между VMDR и активной формой витамина D (1,25(OH)2D3) не найдено. Однако после дополнительной поправки на уровень фактора роста фибробластов 23 (FGF23) наметилась тенденция к положительной связи.

Фактор роста фибробластов 23 (FGF23): обнаружена значимая положительная ассоциация между VMDR и уровнем C-концевого FGF23. Это позволяет предположить, что при снижении активности CYP24A1 компенсаторно повышается FGF23, который в свою очередь может подавлять синтез 1,25(OH)2D3.

Состав камней (инфракрасная спектроскопия)

Снижение активности CYP24A1 (высокий VMDR) было связано с повышенной вероятностью образования камней из дигидрата оксалата кальция (типичных для высокого соотношения кальций/оксалат в моче) и, наоборот, со сниженной вероятностью образования камней из моногидрата оксалата кальция.

Показатели костной массы

Высокий VMDR ассоциировался со снижением минеральной плотности кости (МПК) именно в шейке бедра (кортикальная кость), но не в поясничном отделе позвоночника (трабекулярная кость). Это указывает на возможное преимущественное влияние на кортикальную кость и потенциальный отрицательный кальциевый баланс, несмотря на повышенное кишечное всасывание кальция.

Клиническое значение и выводы

Исследование предполагает, что сниженная активность CYP24A1, оцениваемая по VMDR, может быть важным патогенетическим звеном идиопатической гиперкальциурии, объединяя гиперкальциемию, потерю кальция с мочой, специфический профиль камнеобразования и потерю кортикальной костной массы. Важно, что все ассоциации усиливались в подгруппе пациентов с идиопатическими кальциевыми камнями и были устойчивы к поправке на множество факторов, включая прием диуретиков, экскрецию натрия и сезонность.

Перспективы

Влияние VMDR на активность CYP24A1 может служить новым полезным биомаркером в метаболическом обследовании пациентов с нефролитиазом. Для подтверждения его диагностической и прогностической ценности (риск рецидива, ответ на терапию) необходимы дальнейшие проспективные исследования.