Неполное разделение сыворотки — это ошибка преаналитики или ранний признак грозного заболевания?

В настоящий момент в лабораторной практике использование пробирок с разделительным гелем широко распространено. Однако, несмотря на ряд неоспоримых преимуществ, свойственных пробиркам с разделительным гелем, в некоторых случаях после центрифугирования наблюдается неполное разделение сыворотки и клеток.

Интересные данные относительно возможных причин подобного неполного разделения представлены в исследовании, проведенном на базе отделения биохимии госпиталя Peerless и Исследовательского центра центра Б.К. Роя (Калькутты, Индия) в период с января 2012 г. по декабрь 2013 г. В исследование были включены более 40 000 пациентов, образцы крови у которых оценивали путем взятия проб в вакуумные пробирки с разделительным гелем.

Взятие венозной крови производили в соответствии с принятыми преаналитическими требованиями, образцы центрифугировали при средней скорости (1300 g в течение 10 мин) в условиях комнатной температуры, не ранее 30 минут и не позднее 2 часов после взятия материала.

В случае неполного разделения сыворотки производили повторное взятие крови, и центрифугирование проб осуществляли при более высокой скорости (2000 g в течение 10 минут). При повторении эффекта неполного разделения сыворотки исследовали белковые фракции (общий белок, альбумин, альбумин-глобулиновое соотношение) и проводили электрофорез белков.

По результатам исследования обнаружено, что случаи неполного разделения сыворотки в настоящее время являются относительно редким явлением в лабораторной практике. Такая низкая частота встречаемости – порядка 0,05% – достигнута благодаря высокому качеству используемых систем для взятия венозной крови, а также благодаря развитию технологий в области автоматизированных анализаторов.

Из общего числа исследованных образцов у 23 пациентов было выявлено неполное разделение сыворотки. При повторном исследовании крови после центрифугирования в 7 из 23 образцов крови не было выявлено дефектов разделения.

Среди причин, первично вызвавших неполное разделение, были выявлены следующие: внутривенное введение контрастного вещества, режим парентерального питания и низкая скорость центрифугирования.

У остальных 16 пациентов неполное разделение сыворотки повторилось. Также у всех у них было обнаружено увеличение показателей общего белка, альбумина и глобулина, изменено альбумин-глобулиновое соотношение, а при электрофорезе сывороточного белка – выявлены значительные повышения моноклонального белка (парапротеина, М-белка). Таким образом, была выявлена прямая зависимость между повышенными показателями моноклонального белка и случаями неполного разделения сыворотки. Так в последующем у всех пациентов с повторно выявленным неполным разделением сыворотки наличие моноклональной гаммапатии было доказано клинически и инструментально. Причина такой корреляции обнаружена в ингибировании на всех этапах реакций образования фибрина моноклональным белком крови, синтезируемым в больших количествах ( > 130 г/л) у больных множественной миеломой и другими заболеваниями этой группы.

Таким образом, визуальная оценка дефектов гелевого барьера и своевременная интерпретация их возможных причин способствует раннему выявлению случаев миеломных патологий различного генеза.

Подводя итоги по результатам исследования, необходимо сделать следующие выводы:

1) во всех случаях неполного разделения сыворотки после центрифугирования необходимо детально оценить возможные причины;

2) в случае обнаружения таких образцов необходимо повторное взятие крови для последующего центрифугирования на более высокой скорости;

3) при обнаружении отклонений любого параметра белкового обмена, особенно при наличии клинических симптомов моноклональной гаммапатии, рекомендуется провести электрофорез белков сыворотки;

5) учитывая малое количество исследований, проведенных на эту тему, в плане дифференциальной диагностики рекомендовано также применение других методик, в частности гель-фильтрационной хроматографии, с целью определения молекулярной массы моноклональных белков;

6) для достижения максимальной эффективности ранней диагностики группы моноклональных гаммапатий необходима активная коммуникация сотрудников лаборатории и клиницистов.